Интервью с "Боевым бурятом Путина" +ВИДЕО

Интервью с "Боевым бурятом Путина" +ВИДЕО
Вот он – #бурятваха. #БоевойбурятПутина – Владимир Анданов. Человек-мем, человек-хэштег. Живая легенда просторов глобальной Сети. Беседуем, а за нами на стене портрет Че Гевары в стиле Энди Уорхолла. Так кто же он, этот «простой» парень?
Новая Бурятия

- А кто тебе дал имя Ваха?

- Это мое детское имя. С первого класса – в Ясногорской средней школе Читинской области – у меня был неразлучный друг Павел – Паха. Ну и меня с ним заодно на пару стали звать Ваха.

- А я была уверена, что интернет-мемы «боевые буряты Путина» это мифический, собирательный образ – саха-якутов, алтайцев...

- Нет, это именно мы, «боевые буряты Путина» (смеется). Я посчитал специально – нас тогда в Донецке и Луганске в ополчении было всего пять бурят. И никто из нас не посрамил чести дедов. Никто не опозорил имя бурята. В одно время с нами, или чуть раньше нас, приехали оказывать помощь мирному населению восточной Украины и чеченская рота Кадырова – нохчи. Их несгибаемость известна. Но мы, пятеро бурят из разных районов Бурятии – севера и юга республики, я думаю, почему-то стали больше известны.

Я немного вел видеоблог в сети, в ВК общался. И посыпались письма отовсюду. Корреспонденты приезжали тоже отовсюду. Искали «боевых бурят Путина»...

- А почему вы, маленькая горстка бурят, так стали известны, как ты думаешь?

- Со времен двух Отечественных войн – 1812 года и Великой Отечественной войны – все знают, что буряты – лучшие снайперы и стрелки, лучшие разведчики. Потому что у нас в крови с детства знание природы, как у предков-охотников. Шестым чувством знаем, как выживать. Как ночью в лесу передвигаться, чтоб даже ни ветка, ни травинка не шелохнулась (смеется)...

Я рос в селе Кусочи Забайкальского края, откуда и отец нашего нового врио главы Бурятии Алексея Самбуевича. У меня был мой дедушка – ветеран, фронтовик. У него было десять детей, шестая – моя мама. Он воевал в Сталинграде. Тяжелораненный попал в окружение. Выжил каким-то чудом в плену, в концлагере в Венгрии. Выжил один из целого барака советских военнопленных после эпидемии брюшного тифа. Его с товарищами освободили венгерские партизаны.

Его допрашивал СМЕРШ. Он был двухметрового роста, я его ниже, хотя рост у меня 180 см, почти не говорил по-русски. Но был отличным стрелком. С него сняли все обвинения и отправили в Винницу, на Западную Украину, подавлять мятежи бандеровцев.

Я к нему приставал: «Деда, расскажи, как ты на фронте был!». Он отнекивался. Рассказывал понемногу. А я говорил: «Вот я вырасту большой и буду, как ты!». А он говорил: «Нет, сынок, сейчас уже там бандеровцев нету!». И вот, оказалось, что все-таки есть...

- А как ты выжил, ведь там так стреляли? Опасно же было?..

- Вы будете смеяться, но перед тем, как уехать, я обратился к шаманам-кузнецам. Они сделали мне специальный обряд – «дархан удхатай», это почитание богов огня, кузнечного ремесла, чтоб железо меня не тронуло... И вот три-четыре раза я нарывался на растяжки с минами. Со мной ребята выходили, тоже нарывались. Но никто не пострадал. Никто! И пошла молва. Меня специально просили другие ребята: «Пойдем с нами, ты везучий!». Брали с собой, чтоб я шел впереди. И я шел... Как будто чуял любую опасность. Так продолжалось все эти полтора года в ополчении. А потом, бывало, что по этим же следам шли другие и подрывались...

- А вот на митинге, когда вышли с требованием выдать киргиза, оскорбившего пожилую бурятскую женщину, как ты себя вел? Как сам оцениваешь действия других, кто был тогда в толпе?

- Мне позвонили товарищи из «Боевого братства». Я пошел. Сказал: «Давайте там аккуратнее! Сдерживайте толпу. Нам не надо никаких стычек. Никаких провокаций. А то кто-нибудь учинит драку, а потом на нас же скажут: эти «контуженные» устроили погром». Ведь так же? Я не хочу, чтоб на нас думали, что мы горлопаны и бунтовщики, агрессоры какие-то...

В нашей общероссийской организации «Боевое братство» в Бурятии более двух тысяч человек. Боевые, кадровые офицеры, МВД, спецназ, оперативники, ГРУ, другие рода войск. Достойные, уважаемые люди. У нас недавно избран новый руководитель – Зорикто Гомбоевич Цыренов, кавалер Ордена Мужества. Когда он вышел и сказал толпе, чтобы успокоились, и мы его поддержали, нас все-таки послушались.

Всегда найдется одна паршивая овца, и народ там был разный. Просто зеваки, какие-то случайные люди.

Мы просто хотели предупредить – только в моральном плане! – что если вы, наши гости, приехали на нашу землю, то ведите, пожалуйста, себя уважительно и корректно. Я думаю, это правильно! И нам в Бурятии нужны мир и спокойствие.

Мы, буряты, – мирный народ. Мы уважаем традиции и обычаи других народов. И просим уважать нас и наши традиции. И так должны воспитывать детей, в этом духе. У меня много друзей разных национальностей по всей России. ВКонтакте постоянно переписываюсь с ними, поддерживаю связи со многим городами, областями страны, где живут мои боевые товарищи. Русские, украинцы, татары и еще много кто. И всех я уважаю...

- Говорят, что ты воевал за «бабло», что ты – «наемник»...

- Да вы что! Я не получил ни копейки! Этого вообще не было в моих планах! Если бы я воевал за деньги, как минимум на «мерсе» ездил бы, наверное! (смеется). В Донбассе нас кормили местные жители, приносили еду и все необходимое ополченцам. Просили, чтоб мы оставались с ними. Благодарили нас со слезами. За это стоит воевать. Я никогда ни у кого не просил денег. И в жизни не буду!

- А ты бурятский язык знаешь?

- Конечно. Расскажу один случай. Как-то в начале пребывания в ополчении с моим земляком-бурятом стали по рации переговариваться по-бурятски. Это «засек» один из наших старших. И попросил нас для шифровки во время передвижения ополчения, чтобы в эфире мы с земляком переговаривались по-своему, передавали команды. Для того, чтобы никто из чужих нас не понял! И пошло: «Тиишэ-иишэ ерыт даа! Саашаа-нааша, барунгар-зунгаар ябыт даа!». Это было круто! Обезопасило и облегчило жизнь всем нашим товарищам... (смеемся вместе).

- Чем занимается ваша организация?

- Ездим по районам, выступаем с лекциями, проводим турниры, в том числе и по разборке-сборке автомата Калашникова, спортивной подготовке. Недавно одна девочка в Закаменском районе собрала АК за 22 секунды! Представляете! Проводим «Зарницы». Ведем беседы в разных районах – об опасности сетевых «групп смерти», о смертельном вреде «синих китов». О том, что если тебе дан дар жизни, ты должен идти по жизни не сгибая головы, не поддаваясь на насмешки. «Ты сильнее всех. Ты сильнее смерти! Ты будешь счастливым обязательно!» – говорим детям.

У нас есть специальная полоса препятствий, есть окопы, есть блиндаж и штаб, чтобы ребятишки, играя в «войнушку», развивались физически и духовно.

Одна из последних поездок была в Селенгинский район. Хорошо нас встретил глава района Вячеслав Цыбикжапов. Спасибо ему и селенгинцам! Запланировали еще приезжать туда.

- А расскажи о своей семье.

- Моя супруга – работник культуры. Знакомы 18 лет, моя первая любовь... У нас двое детей. Живем дружно. Мама уже на пенсии, но ведет секцию шахмат у школьников. Мама отлично играет в шахматы и учит ребятишек.

- По слухам, у тебя были проблемы с законом?

- Это давняя история. Попал за хулиганство в юности – в лихие 90-е годы. Потом в 1997 году пошел служить в армию, в железнодорожные войска. И все у меня наладилось.

- А ты сейчас где-то работаешь?

- Официально нигде. Временно не занят. Подрабатываю, конечно. А как же, семью кормить надо...

- Ваха, спасибо тебе за беседу.

- Пусть всегда над нами будет мирное небо!


На прощание мы сделали фото на память. Вот такой он, Ваха, «боевой бурят Путина». Скромный, общительный. Светлый и позитивный человек. Так хочется, чтобы такие, как Владимир Анданов, были востребованы обществом и властью. Чтобы их моральный авторитет бросал вызов бездуховности, апатии, которая то и дело, к сожалению, берет верх в нашей солнечной республике у Байкала.

Дора Хамаганова, Новая Бурятия



11 Апреля в 09:39